Ормузский тупик как новый экономический фактор
Семь недель боевых действий привели к тому, что Ормузский пролив, через который проходит около 20% мировых поставок нефти, фактически перестал функционировать в нормальном режиме. США ввели военно-морскую блокаду, официально заявив о намерении остановить экспорт иранской нефти. В ответ Тегеран закрыл пролив для большинства транспортных потоков. Это привело к драматическим последствиям: всего десять судов за последнее время получили приказ развернуться, не достигнув цели, а мировые перевозки углеводородов сократились до минимальных значений. Хотя цены на нефть марки Brent стабилизировались ниже отметки в 95 долларов за баррель (далеко от панического пика почти в 120 долларов в прошлом месяце), рынок замер в ожидании. Любое возобновление активной фазы конфликта неминуемо спровоцирует новый скачок цен и усугубит глобальный энергетический кризис. Более того, под угрозой находятся не только поставки нефти, но и удобрений, дефицит которых уже сейчас грозит обвалом продовольственного рынка и ростом инфляции.
Игра на продление: зачем сторонам дополнительное время
По данным информированных источников Bloomberg, посредники сейчас активно работают над техническими переговорами, чтобы снять наиболее острые противоречия, мешающие долгосрочному миру. Речь идет о двух фундаментальных вопросах: возобновление судоходства в проливе и будущее иранской ядерной программы. Изначально объявленное 8 апреля президентом Трампом перемирие было воспринято многими как передышка перед решающим штурмом. Однако теперь стороны рассматривают вариант его продления. Официальный Вашингтон, устами пресс-секретаря Белого дома Кэролайн Левитт, делает осторожные заявления: «Мы официально не запрашивали продления», — сказала она, но тут же добавила, что переговоры остаются «очень активными». Этот дипломатический дуализм говорит о многом: никто не хочет брать на себя обязательства, но все понимают цену ошибки.
Ультиматум силой: зачем США перебрасывают тысячи солдат
На фоне разговоров о мире Пентагон наращивает военное присутствие в регионе. Согласно данным The Washington Post, в ближайшие дни на Ближний Восток будут отправлены тысячи дополнительных военнослужащих. Речь идет о 6000 солдат с авианосца «Джордж Буш» и кораблей его ударной группы. Официальная цель — «подтолкнуть Тегеран к соглашению на условиях Белого дома». Неофициально это означает жесткую линию: если Иран не пойдет на уступки добровольно, США готовы нанести новые удары, как только закончится перемирие. Таким образом, американская стратегия сочетает в себе дипломатию и демонстрацию неизбежности силового варианта.
Позиция Тегерана: блокада как объявление войны
Иранская сторона интерпретирует происходящее иначе. Командующий объединенным военным штабом Ирана Али Абдоллахи прямо заявил, что продление блокады является «прелюдией к нарушению прекращения огня». Вооруженные силы Ирана дали понять, что не допустят экспорта и импорта через акватории Персидского, Оманского заливов и Красного моря до тех пор, пока блокада остается в силе. Для Тегерана ситуация выглядит как ультиматум: либо вы принимаете наши условия и снимаете санкционное давление через блокаду, либо мы не даем миру спокойно торговать.
Ядерный след и недоверие
Главным камнем преткновения остается ядерная программа Ирана. После серии ударов США и Израиля по иранским ядерным объектам в июне прошлого года местонахождение обогащенного урана неизвестно, а инспекторы МАГАТЭ доступа на объекты не имеют. Тегеран традиционно настаивает на мирном характере своих разработок, но в то же время допускает обсуждение уровня и типа обогащения. Дональд Трамп, комментируя ситуацию, был категоричен: он выразил недовольство предложением ввести 20-летний мораторий на обогащение, заявив, что Иран ни в коем случае нельзя допустить до ядерного оружия. Бывший госсекретарь Джон Керри, хорошо знакомый с перипетиями иранских переговоров, отметил парадокс: блокада Трампа — это «разумный инструмент давления», но он работает только при готовности к компромиссу. Главная проблема — тотальное отсутствие доверия между сторонами, усугубленное выходом США из ядерной сделки 2015 года при первом сроке Трампа.
Ливанский фронт: еще один торг
Осложняет ситуацию и ситуация в Ливане, где Израиль продолжает кампанию против «Хезболлы», несмотря на прекращение ударов по самому Ирану. Премьер-министр Нетаньяху приказал расширить буферную зону внутри Ливана, где уже погибли более 2000 человек и миллион стали перемещенными лицами. Любопытно, что переговоры между Израилем и Ливаном (который имеет мало влияния на «Хезболлу») начались в Вашингтоне, но высокопоставленный американский чиновник подчеркнул: эти переговоры не связаны с диалогом США и Ирана. Тем не менее, взаимопроникновение конфликтов очевидно, и любая эскалация на ливанском фронте мгновенно отразится на шатком перемирии в Персидском заливе.
Пакистанский след и реакция ООН
Посреднические усилия взял на себя Пакистан, чья делегация уже прибыла в Иран. Первый раунд мирных переговоров с участием вице-президента США Дж. Д. Вэнса прошел именно там, но завершился без подписания соглашений. Параллельно ООН пытается решить гуманитарно-экономическую проблему. Высокопоставленный чиновник всемирной организации заявил о готовности создать специальный коридор для перевозки удобрений через Ормузский пролив к началу посевной. Однако реализация этого плана целиком зависит от политической воли враждующих сторон.
В итоге мир оказался в странной реальности: пролив закрыт, войска перебрасываются, а перемирие, вероятно, будет продлено. Это хрупкое равновесие может рухнуть в любой момент, как только одна из сторон решит, что пауза больше невыгодна.
Тупик у Ормуза: Почему блокада Трампа не работает против Ирана
