Война – то, что доктор прописал
“Нетаньяху - великий военный лидер нашего времени”, - гласил заголовок в британской газете Telegraph в начале марта, то есть в первые дни после агрессии СШИ и Израиля против Ирана. В статье, написанной известным консервативным журналистом и биографом Маргарет Тэтчер Чарльзом Муром, израильский премьер-министр представлен как фигура Черчилля. «Это сравнение, вероятно, привело в восторг лидера Израиля, который находится у власти дольше всех, и его сторонники быстро поделились статьей в социальных сетях, – прокомментировал тогда эту публикацию американский канал CNN. – Биньямин Нетаньяху, похоже, считает себя современным воплощением Уинстона Черчилля, выступающего в качестве международного оплота против Ирана, как британский лидер когда-то выступал против нацистской Германии».
Но явно не просто лавры Черчилля не дают покоя израильскому премьеру. В конце этого года в Израиле намечены выборы. И для Биби Нетаньяху ореол славы национального лидера в условиях войны – то, что доктор прописал. Правда, при условии победы, а с этим-то как раз проблематично (но об этом чуть позже).
«В дни, предшествовавшие двухнедельному прекращению огня между Соединенными Штатами и Ираном, израильские официальные лица опасались, что война может скоро закончиться. Сообщалось, что премьер-министр Биньямин Нетаньяху отдал приказ о нанесении дополнительных ударов по Ирану, как будто пытаясь нанести как можно больший ущерб, прежде чем президент Трамп заставит Израиль остановиться. Неважно, что Израиль и США в течение пяти недель безостановочно наносили удары по Ирану, а израильские ВВС заявили, что почти исчерпали свои возможности по нанесению ударов по иранской военной и ядерной промышленности. Израиль уже начал наносить удары по сталелитейным и нефтехимическим заводам.
Затем, в тот день, когда соглашение о прекращении огня вступило в шаткую силу и большинство мирных жителей по всему региону начали вздыхать с облегчением, Израиль без какого-либо предупреждения нанес один из самых смертоносных ударов по Ливану за всю историю, в том числе по центру густонаселенного Бейрута. В ходе операции, в ходе которой, по словам Армии обороны Израиля, были атакованы командные центры "Хезболлы", за 10 минут было поражено 100 целей, более 350 человек погибли и более 1000 получили ранения, многие из которых были гражданскими лицами».
Так начинается опубликованная недавно в американском издании The New York Times колонка, принадлежащая перу аналитика из Тель-Авива Майрав Зонсейн.
«В большинстве стран, переживших войну, прекращение огня является долгожданным событием или, по крайней мере, тем, к чему стремятся лидеры, – продолжает она. – Но для израильских лидеров-максималистов прекращение огня слишком часто рассматривается как препятствие на пути к завершению работы. И даже когда Израиль объявляет о прекращении огня, он продолжает вести огонь в одностороннем порядке - как в случае с Газой и Ливаном. Война все чаще становится ответом государства на геополитические вызовы - не просто стратегией, а нормой».
По словам Майрав Зонсейн, хотя 78 процентов израильских евреев спустя несколько недель конфликта поддерживали войну против Ирана (а в начале войны этот показатель составлял поразительные 93 процента), популярность премьера Нетаньяху среди израильтян остается низкой.
Судя по его взглядам на собственное политическое выживание и наследие, Нетаньяху, похоже, больше склонен к конфликтам, чем общественность, которая, возможно, и готова к войне, но хочет, чтобы войны выигрывались и заканчивались, продолжает автор из Тель-Авива.
Оно и понятно – речь идет не только о том, чтобы остаться в премьерском кресле, но и не угодить на, фигурально выражаясь, тюремные нары.
«Самый большой проигравший»
Еще до того, как Трамп с помпой объявил о прекращении им 10-й по счету войны – когда Иран пообещал полное открытие Ормузского пролива, а в Ливане заговорили о прекращении огня – британское издание The Guardian опубликовало статью под весьма красноречивым заголовком: «В войне, в которой нет победителей, Нетаньяху выглядит самым большим проигравшим».
«После многих лет угроз Биньямина Нетаньяху в адрес Ирана, его выходок на Генеральной ассамблее ООН, сомнительных досье, которые бесконечно мелькали под носом у мировых СМИ, и дипломатического давления на сменявших друг друга президентов США, чтобы они согласились на войну против Ирана, конфликт Израиля оказался неудачным, -- констатировала The Guardian. -- Вердикт разведывательного сообщества США о том, что израильские прогнозы о смене режима и революции в Иране были “фарсовыми”, оказался верным. Оценка Израиля о том, что война продлится в лучшем случае несколько дней, а в худшем - несколько недель, оказалась прискорбно далека от истины».
Буквально за пару дней до заключения двухнедельного перемирия между США и Ираном, по данным израильского телеканала Channel 12, Нетаньяху настаивал на том, чтобы Дональд Трамп не соглашался на прекращение огня. Американский президент США не послушался, отодвинув Израиль на второй план в своих рассуждениях.
“За всю нашу историю никогда не было подобной политической катастрофы. Израиль даже близко не подходил к столу переговоров, когда принимались решения, касающиеся основы нашей национальной безопасности”, - негодовал главный оппозиционный лидер Израиля Яир Лапид.
“Армия выполнила все, что от нее требовалось, а общественность проявила удивительную стойкость, но Нетаньяху потерпел политическую неудачу, потерпел стратегическую неудачу и не достиг ни одной из поставленных им самим целей. Нам потребуются годы, чтобы исправить политический и стратегический ущерб, нанесенный Нетаньяху из-за высокомерия, халатности и отсутствия стратегического планирования”, -- обрушился главный израильский оппозиционер.
Глава партии левых демократов Яир Голан также назвал прекращение огня “стратегическим провалом” Нетаньяху: “Он обещал историческую победу и безопасность на многие поколения, а на практике мы получили один из самых серьезных стратегических провалов, которые когда-либо знал Израиль. Это полный провал, который ставит под угрозу безопасность Израиля на долгие годы”.
Реальность такова, комментирует The Guardian, что Нетаньяху поставил все на свою войну и на свою неспособность добиться падения теократического режима, захвата у Тегерана запасов высокообогащенного урана или существенной деградации государства. А репутации Израиля в мире, которая и без того сильно запятнана его действиями в Газе, где его обвиняют в совершении геноцида – был нанесен мощный ущерб. Что касается безопасности, то, несмотря на заявления Трампа, мощь Корпуса стражей исламской революции только усилилась, поскольку Тегеран – по крайней мере, на данный момент – достиг своей главной цели - просто выстоять под более чем месячным натиском двух мощнейших военных держав мира.
В результате агрессии иранский режим был ранен, но остался жив, располагая значительными военными силами, которые, вероятно, будут проводить быстрое перевооружение в поисках возможностей для нанесения ответных ударов.
Настойчивость Нетаньяху в продолжении атак на юге Ливана также выглядит самонадеянной, учитывая, что заявленное Израилем намерение создать новую зону безопасности ставит его силы перед прямым конфликтом с боевиками "Хезболлы", которые исторически доказали, что умеют воевать на своей территории. В этом контексте ужасающие и необъявленные массовые авиаудары Израиля по Ливану выглядят – и с полным основанием - карательным актом перемещения населения.
Последствия с точки зрения общественного мнения и дипломатии, вероятно, будут еще более серьезными для Нетаньяху и Израиля. В частности, в Америке политический консенсус, достигнутый в 1960-х годах, заметно рушится. Роль Израиля в подталкивании Трампа к войне в Иране подверглась критике как со стороны прогрессистов, так и со стороны крайне правых, в то время как поддержка Израиля в целом находится на историческом минимуме даже среди еврейских избирателей, пишет The Guardian.
И да, в год выборов в Израиле Нетаньяху ждут внутренние проблемы. Он не только не изменил пока ситуацию с безопасностью в Израиле, но и рискует выйти из войны, не достигнув ни одной из своих главных обещанных целей.
Несмотря на хорошо задокументированный цинизм Нетаньяху, с которым он демонстрирует свои, как правило, временные достижения, израильтянам будет очевидно, что он не только не устранил то, что он долгое время называл “экзистенциальной” угрозой Израилю, но и условия в целом остаются неизменными, констатирует The Guardian.
Для некоторых, таких как корреспондент "Гаарец" по военным вопросам Амос Харель, провал военных планов Нетаньяху был неизбежен: «Стали очевидны многие слабости, присущие нынешней администрации США и израильской системе при Нетаньяху: склонность к азартным играм, основанным на необоснованном принятии желаемого за действительное, поверхностные и непродуманные планы, пренебрежение к экспертам или агрессивное использование давления, чтобы заставить их привести свои взгляды в соответствие с пожеланиями политических лидеров».
Дела с тремя нулями
И тут мы опять возвращаемся к тому, что для Нетаньяху перманентное состояние войны – не только способ удержаться у власти (коней ведь на переправе не меняют), но и не угодить за решетку.
Еще в далеком в 2019 году израильская прокуратура официально предъявила Нетаньяху обвинения во взяточничестве, мошенничестве и злоупотреблении доверием. В 2020 впервые за всю историю Израиля ее премьер-министр, находящийся в должности, предстал перед судом. В отношении Нетаньяху расследуется несколько уголовных дел.
Так называемое «дело 1000» строится вокруг отношений Нетаньяху с крупными бизнесменами, прежде всего с израильско-голливудским продюсером Арноном Милчаном и миллиардером Джеймсом Пакером. Следствие утверждает, что на протяжении многих лет семья премьер-министра получала от них дорогие подарки — сигары, шампанское, украшения — на сумму в примерно 200 тысяч долларов, которую уже трудно списать на обычные дружеские жесты. В обмен, как считают прокуроры, Нетаньяху оказывал им услуги: продвигал визовые и налоговые решения, лоббировал их интересы на государственном уровне. Защита, в свою очередь, настаивает, что речь идет о дружбе, а не о коррупционной сделке, и подчеркивает отсутствие прямой «сделки» в классическом смысле.
«Дело 2000» касается переговоров между Нетаньяху и издателем одной из крупнейших израильских газет — Арнон Мозес. В центре — записанные разговоры, где обсуждается возможность более благоприятного освещения деятельности премьер-министра в обмен на меры, которые могли бы ослабить конкурирующее издание — бесплатную газету Israel Hayom. Прокуратура видит в этом попытку заключить коррупционную сделку.
Самым серьезным считается «дело 4000», потому что в нем речь идет уже не о подарках или разговорах, а о конкретных регуляторных решениях. Здесь фигурирует крупнейшая телекоммуникационная группа Bezeq и ее бывший владелец Шауль Элович. По версии следствия, когда Нетаньяху одновременно занимал пост премьер-министра и министра связи, он принимал решения, выгодные Bezeq — например, одобрял сделки и регуляторные послабления, которые могли принести компании сотни миллионов долларов. Взамен, как утверждается, подконтрольный Эловичу новостной портал Walla! обеспечивал более позитивное освещение деятельности Нетаньяху и его семьи, вплоть до вмешательства в редакционную политику и заголовки. Именно в этом деле ему предъявлено обвинение во взяточничестве — самом тяжелом из всех.
По израильским законам (решение Верховного суда от 1993 года) чиновник, которого обвиняют, должен покинуть должность. Но для премьер-министра действует поблажка: он может оставаться у власти до приговора. Ему также разрешено баллотироваться в парламент и снова становиться главой правительства. Так что у Нетаньяху есть возможность использовать все свои полномочия, чтобы не лишиться свободы.
1000 и 1 способ избежать наказания
Судебный процесс, формально начавшийся в 2020 году, с самого начала движется медленно. И дело не только в сложности обвинений или объеме доказательств. Нетаньяху задействует все доступные ему механизмы для того, чтобы затянуть судебный процесс.
Самое очевидное — нескончаемые боевые действия. Даже сейчас после начала военного конфликта с Ираном Нетаньяху попросил отложить дачу показаний в рамках судебного процесса. «В связи с секретной информацией и дипломатическими соображениями, связанными с драматическими событиями, произошедшими в Государстве Израиль и на Ближнем Востоке в последнее время, премьер-министр не сможет давать показания в рамках разбирательства как минимум в течение следующих двух недель», — говорится в заявлении, поданном в Иерусалимский окружной суд.
Когда же боевые действия утихают — в ход идут другие аргументы. Например, в июле 2025 года израильский премьер-министр попросил отложить слушания по делу из-за пищевого отравления. «Премьер-министр почувствовал себя плохо прошлой ночью. Врачи диагностировали у него воспаление кишечника из-за употребления испорченной еды», — сообщили в пресс-служба канцелярии премьера.
Нетаньяху даже открыто просил о помиловании. В ноябре 2025 года премьер-министр Израиля направил президенту Ицхаку Герцогу соответствующее прошение. В сопроводительном письме Нетаньяху отметил, что на фоне текущих угроз безопасности и дипломатических вызовов он готов пойти на этот шаг ради преодоления раскола, сплочения нации и укрепления доверия к госинститутам. Прошение включает подписанное премьером обращение и 111-страничный документ, подготовленный его адвокатом Амитом Хададом. Инициатива вызвала волну протестов с требованиями отклонить запрос.
Прибегал он и к помощи своего соратника по боевым действиям Дональда Трампа. В июне 2026 года суд в Израиле по дипломатическим мотивам и соображениям безопасности отложил слушания по затянувшемуся коррупционному делу премьера. Решение об отмене заседаний на этой неделе было принято после заявления Трампа о том, что преследование его союзника необходимо прекратить.
Согласно постановлению окружного суда Иерусалима, запрос защиты был частично удовлетворён на основании секретных данных, предоставленных главой «Моссада» и военной разведкой. Как отмечает The Guardian, этому предшествовал призыв президента США в соцсетях закрыть процесс, назвав его «охотой на ведьм» и помехой для переговоров с ХАМАС и Ираном. Трамп потребовал либо отмены дела, либо помилования «великого героя», за что Нетаньяху публично его поблагодарил.
Однако самой резонансным способом избежать суда и следствия стала попытка Нетаньяху провести судебную реформу. Суть этой попытки заключалась в изменении баланса власти между парламентом, правительством и судебной системой. В Израиле нет формальной конституции, и Верховный суд Израиля играет особенно важную роль: он может отменять решения правительства, блокировать законы и в целом выступает как главный механизм сдержек и противовесов. Именно это и стало объектом реформы.
Ключевые предложения сводились к тому, чтобы ограничить полномочия суда и усилить контроль над ним со стороны политиков. Речь шла, в частности, о возможности парламента повторно принимать законы, даже если суд признал их противоречащими базовым принципам, а также об изменении процедуры назначения судей, чтобы у правительства было больше влияния на этот процесс. Кроме того, обсуждалось ограничение принципа «разумности», на основании которого суд мог отменять решения исполнительной власти. Но самое важное заключалось в том, что реформа предполагала законопроекты, запрещающие уголовное преследование действующих премьер-министров.
Формально сторонники реформы утверждали, что речь идет о восстановлении демократического баланса: по их мнению, суд за последние десятилетия получил слишком много власти и стал вмешиваться в политические решения, которые должны оставаться за избранными органами. Но критики увидели в этом не просто институциональную корректировку, а прямую угрозу независимости судебной системы.
Реакция общества оказалась беспрецедентной. В 2023 году Израиль захлестнули массовые протесты: десятки, а иногда и сотни тысяч людей выходили на улицы, включая представителей бизнеса, армии, технологического сектора. 25 марта на улицы вышли более 600 тысяч человек — это около 10% всего взрослого населения Израиля, что стало абсолютным рекордом в истории страны. Параллельно профсоюз «Гистадрут» объявил всеобщую забастовку, а главные воздушные ворота Израиля — аэропорт Бен-Гурион — отменили все вылеты. Опасения были не только юридическими, но и экономическими — инвесторы начали сигнализировать о рисках, а рейтинговые агентства выражали обеспокоенность стабильностью институтов. В итоге о судебной реформе, к сожалению, Нетаньяху, пришлось забыть.
Получится ли все-таки довести Нетаньяху до решетки — вопрос открытый и широко обсуждаемый экспертами. Однако, как показывает опыт, бывшие премьер-министры Израиля не так уж редко оказываются в тюрьме. Но тут всегда можно затеять очередную войну – на Ближнем Востоке это как пальцами щелкнуть…
