В 2021 году Усольский горсуд Иркутской области признал трех полицейских виновными в пытках местной жительницы Марины Рузаевой. Женщину избивали, надевали на голову пакет, применяли электрошокер, приковывали наручниками к скамейке. Таким образом полицейские выбивали показания.
Недавно одного из осужденных, Станислава Гольченко, освободили условно-досрочно.
Потерпевшая сторона намерена обжаловать решение суда.
— Сначала Гольченко отправили в колонию Нижнего Тагила, где он провел около пяти месяцев, — говорит муж потерпевшей Марины Павел Глущенко. — Там он за хорошее поведение получил благодарности. Затем подал ходатайство об изменении оставшейся меры пресечения. Его прошение удовлетворили. Отправили на принудительные работы на птицебойню в Крым, где он жил, на наш взгляд, как на курорте, пользовался телефоном.
Затем в феврале этого года Гольченко написал ходатайство на УДО. Дело рассматривали в Крыму. На суд мы не смогли бы приехать. Младшему ребенку всего 1,2 года, оставить его не на кого. К тому же у Марины после тех событий серьезные проблемы с позвоночником. В разрешении присутствовать на суде по видеосвязи нам отказали.
В решении суда указано, что Гольченко раскаялся, исправился. Но за все эти годы он даже не извинился перед нами. Никаких человеческих действий с его стороны не было. А после вынесения приговора он еще бросил мне в зале суда: «Ходи и оглядывайся». У меня сохранилось видео. Но мою жалобу по этому поводу рассматривать не стали.
— Какую-то компенсацию вам выплатили?
— Мы взыскивали компенсацию с МВД. Суд присудил 500 тысяч рублей. Но эта сумма не покроет наши расходы на лечение жены.
— К своему ходатайству Гольченко приложил гарантийные письма предприятий, которые готовы принять его на работу. Что это за организации?
— Одно из предприятий — ООО «ВРП Новотранс», это стратегически важный объект. Странно, что они ручаются за только что освободившегося преступника и принимают его на работу. Еще за него поручилось ИП «Мамедов З.Э.». Этот Мамедов в суде говорил, что возьмет всех троих бывших полицейских на работу водителями в городскую администрацию. Как я понимаю, он предоставляет транспорт сотрудникам местной администрации.
— Как вы живете сейчас?
— Из Усолья-Сибирского мы переехали, там оставаться небезопасно. Но перебрались недалеко, в соседний район. Нас и здесь вычислили. Периодически к нам приходит участковый под разными предлогами. Похоже, проверяет, здесь мы или нет. Из региона нет возможности уехать. Квартиру можем продать максимум за 2 млн рублей. К тому же у нас трое детей. Я понимаю, если что-то случится, то полицейские не станут заниматься нашими делами. Пришлось самим себя обезопасить: я установил везде камеры. Но в безопасности мы себя здесь не чувствуем.
