Вовремя ушла
— У моего бывшего мужа была очень распространенная проблема — пристрастие к алкоголю, — рассказывает 29-летняя Оля. — Но проблемой это считала только я, потому что его родители жили на даче и не могли ежедневно наблюдать за своим любимым сыном.
В тот вечер Анатолий пришел с работы уже поддатый, видимо, выпил по дороге, что с ним случалось нередко. Он был не в настроении, с порога пнул дочкины сапожки, которые жена не успела убрать после прогулки. Оля думала, что после ужина муж смягчится, но этого не произошло. Он ушел на балкон курить и, видимо, «догнался» спрятанной там водкой, потому что вернулся только через 15 минут и уже совсем пьяный.
— Муж стал ко мне придираться по каким-то мелочам, — вспоминает Ольга. — Я решила не давать себя в обиду, отвечала в том же духе. Но без обзывательств и оскорблений, что важно. Вдруг он схватил меня за волосы и начал давать пощечины. Двухлетняя дочка испугалась и начала плакать… Я была в шоке, потому что до этого он никогда так себя не вел, но, как говорится, все бывает в первый раз. Он ушел в комнату и уснул, а я успокоила Леночку и принялась звонить его матери, я надеялась, что хоть теперь она поймет, что сына нужно отвезти к наркологу. Моя щека была красная и очень болела.
Оля вспоминает, как рыдала в трубку, как умоляла свекровь повлиять на Анатолия, но та, услышав ее рассказ, сразу пошла в атаку: «Что такое ты сделала моему сыну, что он надавал тебе по лицу? Это как нужно было его довести? Пьяный? Да как ты можешь наговаривать на порядочного человека, который тебя содержит и терпит все твои причуды?»
Утром Анатолий был весел и как ни в чем не бывало ходил по квартире, что-то напевая. Казалось, он либо не помнит, либо не хочет вспоминать вчерашнее. На щеке у жены проступил синяк, но муж старался не смотреть в сторону Оли. Первой не выдержала она: «И как понимать то, что ты вчера сделал? Не хочешь хотя бы извиниться? Мне вообще-то было больно: видишь следы на лице?»
Муж округлил глаза и непонимающе посмотрел на жену: «В каком смысле извиниться? За то, что Леночка играла и тебя случайно лопаткой ударила? Так она же ребенок. И, кстати, при чем тут я?»
— Я просто опешила и даже не нашлась, что сказать, — признается Оля. — Посмотрела на него многозначительно и пожала плечами.
В дальнейшем муж постоянно использовал этот прием: непонимающе на нее смотрел, утверждая, что ничего не было.
Оля вспоминает еще один случай, который точно так же поставил ее в тупик, потому что перед очевидным абсурдом любой адекватный человек растеряется.
— Мы были у Толи на даче, ужинали, он сильно выпил и в какой-то момент даже упал со стула. Я осуждающе на него посмотрела и покачала головой, а он, увидев это, схватил нож для резки хлеба и начал им размахивать и мне угрожать. Его родители перепугались, стали охать-ахать, кое-как успокоили его и отправили на второй этаж спать. Я расплакалась.
Наутро свекор и свекровь заявили Оле, что она ненормальная и у нее паранойя. Якобы устроила за ужином истерику «из-за пары рюмочек». Про размахивание ножом — ни слова. Мол, а был ли нож? Не видели такого.
— Понимаете, они говорили это абсолютно спокойно, безапелляционно, с таким посылом, что я истеричка и мне все привиделось, — возмущается Оля, вспоминая этот диалог. — На мгновенье я даже засомневалась: а может, мне все это приснилось? Но потом вспомнила историю про пощечины и другие вещи, по мелочам. Вот тогда я и решила развестись. То есть даже не из-за пристрастия Толи к пьянке и такой вот агрессии, а именно из-за того, что стала жить в каком-то вывернутом наизнанку мире. В котором меня выставляют ненормальной — не только муж, но и его близкие. И я подала на развод.
Как думаете, а почему его родители отказывались признавать проблему с сыном? Лечить его, например? Толя на хорошей работе, и там пока не знают о степени его проблемы с алкоголем. Ну, то есть свои обязанности он выполняет отлично. Возможно, родители не хотят огласки, чтобы он с работы не слетел. Или просто слепая родительская любовь…
Что это было?
Газлайтинг в семье — очень жесткая форма психологического насилия, абьюза, при которой один из партнеров внушает другому, что тот неадекватен. Цели могут быть разные, но самая главная — полный психологический контроль над партнером. При любом физическом или моральном насилии реакция жертвы характеризуется словами «ты все не так понял», «тебе показалось», «ты забыла», в общем, ничего не было.
Если у произошедшего нет свидетелей, жертва абьюза начинает сомневаться в своей «нормальности» и перестает верить своим глазам, своим ушам, порой и синякам.
Газлайтить могут по-крупному — например, устраивать целые инсценировки, подтверждающие неадекватность жертвы. Но иногда партнер может это делать и в мелочах, просто на автомате. Например, выпить кефир жены и сказать, что бутылка уже была пустая, а та просто забыла. Или поехать утром на рыбалку, уверяя потом жену, что предупредил ее и она была не против, только уже не помнит.
Психолог Евгений Левин предупреждает: из отношений, где один партнер абьюзер и газлайтер, нужно выходить как можно скорее вне зависимости от степени такого психологического насилия. Даже если цель у газлайтера не криминальная (а такое тоже бывает, если, например, супруга пытается признать вторую половинку недееспособной, чтобы «отжать» у нее жилье), оставаться в таком браке опасно. Потому что чем дольше жертва находится в такой ситуации, тем сильнее травмируется. А значит, сложнее будет восстанавливать психику. В браке с газлайтером у партнера падает самооценка, снижается уверенность в собственной адекватности, появляются неврозы, бессонница, депрессия.
В фильмах, где коварный партнер пытается представить вторую половинку сумасшедшей, в качестве злодея обычно выступает мужчина. Однако в реальной жизни газлайтерами могут быть и женщины.
Пример: один известный человек подвергся жесткому газлайтингу со стороны жены, которая пыталась убедить его и окружающих в том, что он ее бьет, просто этого не помнит. Два года женщина ходила в полицейское отделение как на работу, пытаясь написать на мужа заявление. Даже жалобы подавала в вышестоящие инстанции на бездействие полиции. При этом почему-то никогда не могла снять в травмпункте побои, не могла представить полиции ни одного свидетеля «избиений».
Выдала хитрую даму ее излишняя откровенность: одна из бывших близких подруг случайно сохранила переписку в телефоне, где «жертва» рассказывает о том, как муж ей надоел и как она мечтает от него избавиться, потому что хочется в личной жизни «чего-то новенького». А повода развестись вроде нет, муж со всех сторон положительный и ее любит… И это только один из многочисленных случаев женского абьюза…
«Тебе померещилось»
— Я даже не знаю, с чего начать. То ли с того, что Вера стала задерживаться на работе, то ли с ее бесконечных переписок в мессенджере — якобы тоже по работе, — начинает свой рассказ Алексей. — Лучше сразу перейду к сути. Жили мы с женой, жили, и вдруг я обнаружил, что у меня в прямом смысле слова едет крыша.
— Почему?
— Приведу несколько примеров. Телефон жены был всегда заблокирован, но однажды мы вместе делали заказ еды через ее приложение, я сидел рядом и вдруг увидел в ее телефоне всплывающее сообщение от какого-то Саши. «Спасибо за вчерашний секс», — отчетливо прочитал я. Вера быстро смахнула это сообщение пальцем. Понимаете, это была даже не секунда, а микросекунда. На мой вопрос, что это я сейчас прочитал, жена посмотрела на меня так, будто я ненормальный.
Далее, как вспоминает Алексей, разразился скандал. Вера с выражением лица, полным ужаса, недоумевала, почему он вдруг на нее набросился с обвинениями, ведь никаких сообщений про секс ей не приходило. Мол, на экране появился спам, а она его тут же убрала. Муж требовал от нее разблокировать телефон и показать ему входящие сообщения. «Я от тебя ничего не скрываю, но я принципиально не буду этого делать, потому что ты ненормальный», — кричала она.
— Вера была так убедительна, что я, честно говоря, подумал, что, может, и правда, мне померещилось, а там было написано что-то другое. В общем, дал слабину, закрыл на это глаза, убедив себя, что все хорошо, — вспоминает Алексей.
Во второй раз Вера указала мужу на его «ненормальность», когда после возвращения из командировки он увидел дома мужской гель для душа, которым никогда до этого не пользовался. Он был открыт и уже немного истрачен. На его удивление, Вера так же убедительно, как и в прошлый раз, заявила, что этот гель сама ему же и подарила на 23 февраля. Мол, Алексей им немного попользовался, а потом убрал в шкафчик. И теперь вот она его снова достала. «Ты реально этого не помнишь?» — жена серьезно посмотрела ему в глаза и многозначительно вздохнула.
— Еще два раза я «не помнил», как купил Вере духи и сережки, а потом мне «померещилось», что она в беседе по телефону с коллегой (я случайно услышал этот разговор) говорила весьма откровенные вещи. И запах чужого мужского парфюма, исходящий от жены по ее возвращении с работы, тоже мне, как она утверждала, мерещится. И много чего еще.
Алексей уточняет, что все-таки поделился своими подозрениями насчет измен супруги с парой друзей. Те сказали, что на неверную жену Вера совсем не похожа. А, мол, он в последнее время выглядит не очень. И посоветовали ему проконсультироваться у частного психиатра.
Алексей стал плохо спать по ночам. С каждым разом его уверенность в собственной адекватности и реальности того, что видит, гасла. И в конце концов он все-таки обратился к психиатру.
Специалист еще на первом сеансе сказал, что не видит у него признаков какого-либо психического заболевания или органического поражения мозга, но на всякий случай (для успокоения) предложил пройти обследование. Патологии выявлено не было. Тогда психиатр и заподозрил газлайтинг со стороны жены.
— Я придумал, как проверить себя, — продолжает Алексей, заметно оживившись от этого воспоминания. — Специально поехал к Вере на работу и стал караулить на выходе, спрятавшись за широкой колонной. Жена знала, что я работаю дома, а живем мы на другом конце Москвы, так что о моем появлении она точно не догадывалась.
В 18.00 Вера вышла с работы в компании коллег, муж незаметно пошел за ними. Вскоре все побежали на автобус, а его жена и какой-то мужчина остались. Они подошли к припаркованной машине, начали целоваться, а потом сели в авто и уехали.
— Я записал их поцелуй на телефон, — победоносно говорит Алексей и в доказательство показывает фотографии. — Дома я предъявил жене эти фотки, а также отослал их тем двум друзьям, которые мне не верили. В итоге я заставил Веру признаться в наличии любовника. Она плакала, просила прощения, говорила, что встречалась с ним только из-за секса, обещала его бросить, но в любом случае это было уже не важно. Измена и особенно ложь поставили точку в наших отношениях. Да, мне было тяжело все это переварить, но я ушел.
Что делать, если вы — жертва
Если вас газлайтит близкий человек, утверждая, что вы что-то «забыли», «перепутали», «не так поняли» или вам «привиделось», фиксируйте его слова, поступки и свои ощущения, советует психолог. В идеале незаметно снимайте на видео или записывайте на диктофон, но если такой возможности нет, хотя бы пишите себе в телефоне или в блокноте, что произошло в данный момент и что вы чувствуете.
Пишите в подробностях, в деталях, ведь что отражено на бумаге или в текстовом сообщении, а не просто хранится у нас в голове, для психики более осязаемо, написанное в любой момент можно перечитать, освежая в памяти. Ведь любые воспоминания стираются, плохое мозг вытесняет, оставляя только хорошее, а если вам еще будут внушать, что этого не было, обесценивая ваши воспоминания, вы и правда решите, что все «привиделось».
— Кроме того, обязательно найдите человека, который будет на вашей стороне. И заручитесь его поддержкой, — настоятельно советует Евгений Левин. — При общении с ним говорите спокойно, уверенно, не бросайтесь в слезы, просто объясните, что на самом деле происходит. Чем уравновешеннее вы выглядите, тем проще близкому человеку вас понять и вам поверить.
Если вам не верит ваш друг или родственник, предложите ему встать на ваше место. Спросите: «А ты сама в моей ситуации стала бы сомневаться в своей адекватности?» Можно задать и такой прямой вопрос: «Мы знакомы давно: скажи, разве у меня когда-нибудь случались расстройства памяти или галлюцинации?» Говорите уверенно, ведь вы сами знаете, что здоровы, не нужно в этом сомневаться.
— Если же газлайтер разоблачен и просит прощения, обещая никогда больше так с вами не поступать, не верьте, — советует эксперт. — Подобные патологии личности обычно никуда не исчезают, работать с абьюзерами в терапии тяжело и долго (да они, как правило, и не идут к специалистам), так что лучше просто убрать подобного персонажа из своей жизни, как бы вы его ни любили.