Скажем в целом, китайский интернет — это как несколько ворот. Международные каналы проходят через ограниченное число точек: Пекин, Шанхай, Гуанчжоу. Несколько операторов, несколько шлюзов. Если нужно фильтровать поток — достаточно поставить фильтр у входа.
Это как контролировать реку в узком ущелье. Российский Интернет устроен иначе. Он вырос в девяностые — быстро, хаотично и, главное, коммерчески. Десятки операторов.
Множество интернет-обменников.
Сотни частных каналов. Москва, Петербург, Екатеринбург, Новосибирск, Ростов — сеть разрослась, как корни. Не несколько ворот, а тысячи дорог. И вот теперь на этом мировом перекрёстке вдруг решили построить крепостную стену.
То есть Китай строил свою систему до того, как Интернет стал массовым. Там сначала появились правила, а потом — пользователи. В России всё произошло с точностью до наоборот.
Сначала возник Интернет — огромный, распределённый, с множеством международных каналов. И только потом возникло желание его аккуратно «организовать» и зачистить.
Да, мы заметили, что последний год год Интернет в России заметно изменился. Что-то перестало открываться или стало открываться гораздо медленнее. Где-то пропали привычные сервисы. Объяснение звучит разумно: все ради безопасности и борьбы с угрозами.
Можно, конечно, утверждать еще и то, что всё это — исключительно забота о стабильности сети. Но тогда возникает простой вопрос: почему главным объектом технической борьбы становятся именно способы обхода фильтров?
Почему так тщательно изучают трафик, который пытается выглядеть как обычный HTTPS? Почему появляются разговоры о постоянной фильтрации нейросетями? С безопасностью это связано довольно косвенно. А вот с управляемостью среды — напрямую.
Это примерно как пытаться превратить огромный мегаполис в закрытый военный городок. Теоретически возможно, конечно. Практически — требует невероятных усилий. Потому что улицы уже есть. И жители уже привыкли по ним ходить.
Понятно, что люди, которые распоряжаются бюджетами, чаще всего мало что смыслят в технологиях, поэтому им можно втереть все, что угодно — ну для увеличения тех же бюджетов, чем объяснить, что ничего не получится. Ну то есть получится, но не совсем так, как они хотят.
Поэтому разговоры о полном аналоге китайского «щита» звучат немного странно. Не потому, что технически ничего нельзя сделать. Сделать можно многое. Но полностью превратить сеть, выросшую как рынок, в сеть, построенную как казарма, — задача, мягко скажем, другого масштаба. У нас даже аналог конкурентоспособного смартфона так и не создали, как вы помните.
Именно поэтому сегодня Интернет всё чаще напоминает не закрытую крепость, а город с бестолково перекрытыми улицами. Здесь поставили шлагбаум. Там сделали одностороннее движение. Где-то перекопали дорогу... Но город всё равно остаётся городом. Просто городом, крайне неудобным для жизни.
Впрочем, у любого живого города с тысячей дорог есть одна особенность. Как бы эти дороги ни перекрывали, люди все равно найдут способы разыскать новые пути.