Широкого обсуждения доступ через «усы, лапы и хвост» пока не получил, возможно, из опасений по поводу цифрового диссидентства. Многих смущает потенциальный хакинг баз данных для хранения биометрии школьников. Вызывает беспокойство вероятная толчеи при входе, если система почему-то ребенка не узнает.
С лета прошлого года, доступ на школьную территорию по биометрии лица вместо пластиковых карточек тестируют в 20 школах Татарстана. Регион известен не только высокими образовательными результатами, но и как «цифровая республика» в РФ. Там есть город-университет айтишников Иннополис, даже работает лаборатория, известная как Web 3, разрабатывает будущее для суверенного интернета. Развитие электронных услуг там частично опережает московские.
О том, что в РТ начнут проводить проверку систем биометрии для входа в школы, ранее сообщил вице-премьер правительства Дмитрий Григоренко. Он назвал такой способ идентификации «защищенным проходом» в школу, и рассказал, что сервис призван стать «альтернативой карточкам и пропускам».
«Специальное оборудование уже установлено в 20 пилотных школах региона», — сообщил Григоренко.
Правительственный законопроект «о биометрии в системах управления доступом» внесли в Госдуму в начале этого года. По информации из кулуаров, в РФ планируется создать единую систему контроля доступа в школы «по лицу». Государственная Сеть будет идентифицировать учащихся и сотрудников школ, ограничит проход на территорию посторонних лиц. И в целом, как предполагается, «повысит общий уровень безопасности».
Вдобавок, как сообщается, внедрение биометрических методов контроля и верификации «будет носить добровольный характер». Мол, каждый сможет решить, как ему удобнее войти в здание, «хот тушкой, хоть чучелом». То есть через биометрию, карту, пропуск или удостоверение — дело добровольное.
Еще стали известны такие детали планы на «прокачку» систем безопасности доступа. Цифровые «отпечатки» лиц школьников будут верифицироваться через госпортал. А после они будут храниться в Единой биометрической базе, к которым школы станут обращаться через «аккредитованные организации». Технически, проход будет осуществляться через биометрические терминалы, разные по высоте: «окошки» будут расположены по росту для детей.
К этому можно добавить, что в Татарстане «у некоторых родителей вызвал болезненную реакцию». Не только там: кроме РТ, в «пилоте» приняли участие несколько школ в Нижнем Новгороде.
Понятно, что у любого новшества, связанного с электронном доступом, с ИИ сразу найдутся цифровые диссиденты. И вспомнят о «заговоре», оке «Большого брата», вышках для контроля и подобных опасностях. Однако, действительно надо взвешивать «за» и «против», когда «оцифровка» затрагивает детей.
— У биометрии как таковой есть преимущества перед другими способами доступа с идентификацией личности, — говорит инженер по информационной безопасности группы компаний, Борис. — Выигрыш в степени защиты и надежности. Биометрия неотделима от владельца, она уникальна, ее нельзя забыть дома (что для школьников актуально).
Не надо ничего носить с собой. «Отпечаток» лица не может, как карточка, размагнититься или повредиться. Риск кражи, мошенничества для биометрии минимален. С точки зрения верификации и конфиденциальности, хранения данных, биометрия более надежна, чем «пластик».
Но есть у нее и свои уязвимые стороны. Если лицо сильно повреждено, на нем повязка, синяк, кровоподтек, система может «не узнать». Соответственно, не пропустить. Для детей это актуально, они травмируются, дерутся. Возможны ложные срабатывания, технически более вероятные, чем у карточки. Хранилище данных, даже хорошо защищенное, имеет возможность утечки.
Могу добавить, что верификация по лицу делается один раз, а вот отозвать ее из госсистемы крайне сложно. Поэтому, ради усиления безопасности, я бы посоветовал многофакторную аутентификацию учеников и педагогов. Где одновременно работает карточка и ее токен, пин-код на входе и, возможно, биометрия. Но не по лицу, а по отпечатку пальца тогда, это быстрее и проще. Хотя и немного менее надежно, зато потенциальных проблем меньше, чем с лицевой биометрией.
Даже со стороны понятно, что у детей быстро меняется внешность. Смена прически или цвета волос, очки, брекеты, ленты, банданы, заколки.
Да и вырасти за лето ребеночек способен так, что родные не узнают. И тем более, не узнает электронная система, заточенная на «усы, лапы, хвост и мордочку» трехмесячной давности. Если можно будет часто менять фотографию ребенка с верификацией на госпортале, то это будет квест. Все помнят удачную шутку про американских хакеров, которые не смогли зарегистрироваться на наших электронных «услугах»…
Вспомним еще, что школах распространена инклюзия, на занятия ходят дети с особенностями развития, с инвалидностью. Велика вероятность, что у них возникнут проблемы на входе. А непрошеная стрессовая ситуация — последнее, чего ждут родители таких школьников и их одноклассников от начала занятий.
Судя по сетевым обсуждениям, многие заранее волнуются и хотят знать подробности. На каких серверах будут храниться данные — у стороннего подрядчика, в «облаке»? Какова степень защиты от хакеров? Действительно ли согласие на биометрию будет добровольным? Будут ли данные уничтожены после того, как ребенок окончит школу?..
Есть и морально-педагогический аспект у этого новшества, который тоже стоит обсудить. Гнет тотального контроля, слежки, например, который претит подросткам. И может спровоцировать синдром «ни-ни», депрессивные настроения и нигилизм.
А младшие школьники, «впитав» биометрию с младых ногтей, напротив, могут утратить границы приватности, принять тотальный присмотр за норму.
