“Пробку” ставить негде

  Язык наш сколь велик и могуч, столь же и забавен. Например, одним словом “пробка” в нем обозначены три совершенно разных предмета: последняя преграда, отделяющая от пьянки, глупая дамочка и дорожный затор. Первое с третьим еще кое-как сочетаются — и образно, и в том смысле, что напиться после стояния в заторе иногда хочется. А вот насчет дамочки...
     Эта “пробка” вовсе не преграждает, а открывает нам дорогу к прекрасному. Конечно, если не лезет в бутылку, предлагая немедленно идти в загс. В остальных случаях хорошенькая “пробка” — находка для самца homo sapiens. А вечный затор в ее голове — наименьший из известных женских пороков. Впрочем, процесс общения с ней смахивает на езду по Москве. Тут ведь тоже главное — знать кратчайший маршрут. Мимо забитого всякой ерундой мозга до этой — как ее? — нижней чакры.
     Если бы все так просто было и с дорожными пробками…
     Их же у нас — попробуй объехать. Миновав одну, встречаешь вторую, третью, четвертую. И ничего приятного в свиданиях с этим дорожным гаремом нет. От однообразия напрочь пропадает желание — садиться за руль.
     Не знаю, как вы, а я в среднем за пять рабочих дней мая попадал в заторы раз 8—10. Путь в редакцию (туда и обратно) в сумме занимал часа два-три. Если умножить, а потом поделить, за год выходит около 15 суток. (Столько в СССР давали за хулиганство. Теперь — за езду по городу.) Или 45 полных рабочих дней — в полтора раза больше отпуска.
     Надо еще учитывать, что сейчас уже практически лето. Интересно, что в Москве будет твориться осенью?
     Наш редактор отдела экономики, хитрый жук, которого я никогда не видел даже рядом — не то что внутри машины, с улыбочкой выдал цифру: спрос на автомобили в Москве по сравнению с прошлым годом вырос почти вдвое.
     “В метро, господа, в метро. Или того, пешочком…” — резюмировал он, покупая пиво в редакционном баре. Мало того что этот машинофоб после работы может себе пивка позволить, так еще и глумится.
     Но ведь Сашка прав. С математикой даже совсем набитые “пробки” спорят лишь в анекдотах. Так вот, околёсенные дамы и господа: наука эта в сентябре—октябре предрекает столице неминуемый дорожный коллапс.
     Потому, что при нынешних ценах на жилье москвичам только и остается, что покупать машины. За ними сейчас очередь — как в годы застоя за колбасой. И потому, что когда у нас достроят Четвертое кольцо, заторы на нем можно будет разрулить лишь с помощью Пятого и Шестого.
     Столичные чиновники, видно, долго и испуганно мялись, раздумывая, как сообщить столь “радостный” прогноз отцам города. Но недавно все-таки доложили. Что, в свою очередь, заставило правительство Москвы донести до публики новость: въезд в пределы Третьего кольца будут ограничивать. Один транспортный начальник даже уточнил: мы, мол, сейчас изучаем опыт других мегаполисов и выберем самое для нас подходящее.
     А вы как считаете: что нам больше подходит? Деление машин на четные и нечетные по числам дней месяца и по номерам? Или введение платы за проезд в центр? По-моему, это все равно что спросить у пьяницы поутру: вам, сударь, сушек или печенья?
     Ни то, ни другое точно никого не обрадует. Кроме, может, гаишников. Для них чет-нечет — вариант более понятный, окупаемый непосредственно у обочины. А пропуска, конечно, все, кому нужно, купят. Если же их количество ограничат, аукцион “Сотби” “покурит” перед этой раздачей в смысле денежных оборотов.
     Однако, сколько ни критикуй запреты, вводить их по-любому придется. Если властям ничего не делать, тогда уж точно: крышка, капот, капут… Все окончательно смешается в Златоглавой, как в голове у “пробки”. И никакой окольной дороги нет. Придется либо потеть в метро, либо топать пешком до своей благоустроенной нижней чакры где-нибудь в Южном Бутове.
     Так что более-менее сносно жить столичным водителям осталось месяца три, не больше. И именно это, а даже не сверхраннее лето, для москвичей — самая горячая новость.