— Вот вы отойдете на пару часов, не удивляйтесь, если за это время произойдет все что угодно, — напугал меня Григорий из движения «Голос», поэтому на участок я пришла за час до открытия — в семь утра. Вместе с направлением мне выдали дорожную карту наблюдателя, где было прописано больше сотни пунктов того, на что необходимо обратить внимание наблюдателю и какие требования предъявить.
Например, проконтролировать тестирование КОИБов (с этим проблем не было) и попросить ознакомиться со списком избирателей. С последней просьбой возникли сложности.
— Вы что, там же личные данные, — заявила мне председатель моего УИКа Людмила. Сам факт появления наблюдателя она восприняла настороженно, что можно понять — ведь не в последнюю очередь наблюдатели следят за компетентностью и честностью руководителей избирательных комиссией.
— Эта вполне нормальная, предыдущая была гораздо хуже, — рассказал мне один из членов УИКа. Он в итоге и объяснил председателю, что моя просьба вполне законна, я посмотрела список и со спокойным сердцем поставила галочку напротив соответствующей графы в дорожной карте.
К восьми утра на участок ввалилась толпа дворников из ГБУ «Жилищник»: «Кто сказал открыть двери?! Мы еще не все опечатали!» — закричала председатель, и расстроенные дворники ушли восвояси, на участок они потом так и не вернулись.
Тем временем во дворе перед участком развернулась бурная деятельность. На мобильных прилавках продавцы раскладывали продукты — колбасы, фрукты и овощи, несколько разновидностей плавленых сырков, консервы… Но сказать, что избирателей заманивали к участкам дешевыми товарами, сложно — цены на продукты были даже выше магазинных. Следующее сомнительное удовольствие для тех, кто пришел на голосование, — игра в мини-хоккей и городки. И дети, и взрослые принимать участие в спортивных развлечениях на морозе не спешили. Я вняла мольбам малинового от мороза аниматора и пару раз махнула клюшкой.
— Игры тут дурацкие, — честно признался он. Впрочем, к середине дня, когда из-за туч показалось солнце, несколько школьников все же увлеклись городками.
— Голосовать буду за самого красивого, — кокетливо сообщила своей подруге женщина лет пятидесяти.
— Это за кого же? — удивленно поинтересовалась та.
Кроме меня на участке были еще наблюдатели. Молодой человек по имени Максим показал направление от своего тезки, кандидата Сурайкина. Мы обсуждали возможную явку, работу КОИБов и решали, кто первым поедет на надомное голосование... «А вы давно сторонник Сурайкина?» — не выдержала я.
Но оказалось, Максим поддерживает несистемную оппозицию, а в штабе Сурайкина всего лишь получил направление.
— Когда они видят, что мы на участке, то все обычно проходит нормально, — отмечает Максим и заодно формулирует главную функцию наблюдателя.
Неожиданно по участку прошел огромный плюшевый кролик. Он помахал лапой голосующим и вышел на улицу, чтобы попытаться оживить незаладившиеся игры на свежем воздухе.
Высокой утренней явки на моем участке не было, хотя на соседних люди стояли в очередях за бюллетенями. Тем не менее к 14 часам явка превысила 30%
— А вы нам билет не дали! — на участок вернулись возмущенные мама с дочкой, которые проголосовали несколько минут назад. Им поспешно выдали конверт с билетом.
— Ой, а что это за группа «Руки вверх!»? — растерялась девушка. Но со словами «дают — бери» мать убрала в сумку конверт с билетом, и они удалились с участка.
Оказывается, тем, кто голосует впервые, выдавали билеты на концерты: сольник Надежды Кадышевой, выступление ансамбля «Золотое кольцо» и группы «Руки вверх!».
Между тем в наблюдательском чате сообщили, что на соседних участках разгуливают розовый слоненок и мишка.
Что касается состава голосующих, то очевидно, что больше половины посетителей участка — пенсионеры.
Ко мне подошел мужчина и начал яростно трясти паспортом со словами: «Вы наблюдатель, вот смотрите».
Он рассказал, что с семьей который год обитает в общежитии неподалеку и в списках избирателей не значится. От предложения помочь мужчина отказался.
— Без газа живем, без воды, а теперь и без голоса, — сказал он и поспешил уйти, чуть не сбив в дверях плюшевого кролика, который вернулся погреться.
Пожилой мужчина со слуховым аппаратом и в очках с толстыми линзами расстроился, что не может прочесть мелкий шрифт, и ушел домой с бюллетенем. Вскоре после этого на полицейском бронеавтомобиле с опечатанной урной я с членами УИКа и соцработником поехала на надомное голосование.
Большинство голосующих на дому — пенсионеры-инвалиды, они вслух комментировали свой выбор и цитировали телепередачи центральных каналов, у одной из голосовавших за последний год несколько раз отключали электричество за неуплату. Мы обошли 17 квартир, и ни в одном из домов не было лифта.
Никаких нарушений к моменту подписания номера я не обнаружила, самым громким ЧП на участке стал пронзительный звук от нескольких одновременно лопнувших шариков, которые аниматоры выдали детям на входе.