Как писала Независимая газета, с одной стороны обратиться в суд с ходатайством о продлении ареста фигурантам дела ЮКОСа обвинение не могло - пришлось бы возвращать процесс в период прений и последнего слова подсудимого. А с другой, как считают эксперты, в переводе обвиняемых в колонию не заинтересованы ни защита ни обвинение. В итоге перевод осуществлен не был - судья занят написанием приговора.
Газета также отметила, что при реализации второго сценария, изменить режим содержания заключенных можно было бы как в Зеленограде, так и прямо в Москве в «Матросской Тишине». Так как с точки зрения необходимости изоляции подсудимых, предстоящий период ожидания приговора мало отличается от периода, завершающегося 17 ноября.
Эксперты полагают, что произошедшее отнюдь не халатность прокуратуры. Скорее прокуратура не продлила ареста, рассчитывая на обвинительный приговор. Темне менее, этапирование невыгодно обвинению - основные интервью Ходорковский уже дал, сказал свое заключительное слово, уже вызвавшее большой резонанс. А западные СМИ могут приехать к нему и в изолятор, и в Зеленоград. А вот сам факт этапирования привлечет ненужное внимание прессы.
Напомним, речь идет о втором уголовном деле, по которому проходят Лебедев и Ходорковский, прокуроры требуют приговорить их к 14 годам колонии по обвинению в хищении более 200 млн тонн нефти и легализации незаконных денежных средств, а также в хищении 38% пакета акций ВНК стоимостью более 3 млрд рублей. Обвиняемые полностью отрицают свою вину. Оглашение приговора начнется 15 декабря.
Прения по делу ЮКОСа завершились на прошлой неделе в Хамовническом суде. В минувший вторник Ходорковский выступил с последним словом, в котором он заявил, что не боится пробыть в тюрьме до смерти. "Мне, как и любому, не хочется жить в тюрьме, но и не хочется умереть", - сказал Ходорковский, добавив, что его "вера стоит жизни". Затем подсудимый подчеркнул, что дело против него было подготовлено по заказу и на суд оказывалось психологическое давление. "Есть люди, которые хотят нас оставить в тюрьме навсегда и не скрывают этого", - пояснил Ходорковский. Я буду "драться", сопротивляясь системе, "до конца, до последней минуты", цитирует письмо Ходорковского журнал The New Times.